Над предгорьями Кавказа солнце доброе не светит.
Старики вздыхают молча. Исподлобья смотрят дети.
Вырубают виноградник, — без вины пришла расплата.
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Ты дарила людям радость, звонко пела и смеялась.
Гибкий стан твой порубали. Поле мёртвое осталось…
Рубанули за мгновенья. За столетья — нет возврата…
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Вырубали (мы-то знаем!) из поэм и песен строчки.
И кедровник вырубали. И людей — поодиночке.
Ах, как лихо, ах, как просто, — одним махом всё поборем!
Бывший стих и бывший труд, — всё под корень, всё под корень!
Доброта в посеве правды. Только злоба в разрушенье.
Вот уже навеки в ссоре близлежащие селенья.
Ах, как страшно, если руку поднимает брат на брата!
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Всё как будто бы, как прежде… Ручейки сбегают к морю.
Только мёртвые равнины, — словно памятники горю,
Словно вызов нашим предкам, словно нежности утрата.
Виноградная лоза, — ты ни в чём не виновата…
Неожиданный мой друг,
Всё у нас впервые:
Сколько музыки вокруг
И стихов стихия!
Эти ласковые дни
И простое «Здравствуй!»
В моё сердце загляни,
В моё сердце загляни,
Заходи и царствуй!
Припев:
Стихи судьбы прочтем с листа.
Мы молодые.
И жизни ритм и красота —
Наша стихия.
Любовь, как песня, молода,
А это значит, — навсегда
Мы молодые! Навсегда. Навсегда…
В нашей жизни у весны
Долгие гастроли,
А у солнца и луны
Молодые роли.
На ветвях — у соловьёв
Молодые ноты.
Наша первая любовь,
Наша первая любовь,
Молодые годы…
Припев.
Молодые голоса,
Молодые гнёзда…
Вместе с нами небеса
Зажигают звёзды.
Верят юным родникам
Молодые реки…
Жизнь доказывает нам,
Жизнь доказывает нам,
Что любовь — навеки!
Нам время говорит: пора!
В стране распахнутые своды.
И над страной — твои ветра,
Октябрь семнадцатого года.
И не дано нам забывать
Те покушенья на свободу,
Когда пытались расстрелять
Октябрь семнадцатого года…
Припев:
Всем! Всем! Всем!
Память о наших бедах.
Всем! Всем! Всем!
Яростный луч победы.
Всем! Всем! Всем!
Трепетных песен мелос…
Всем! Всем! Всем!
Вера, любовь и смелость!
Всем! Всем! Всем!
Твоих ранений и седин
Мы знаем горькую природу,
И мы тебя не предадим,
Октябрь семнадцатого года.
Мы будем мыслить, будем жить,
Преодолеем все невзгоды,
Чтоб в каждом сердце возродить
Октябрь семнадцатого года.
Припев.
Нам время говорит: пора!
В стране распахнутые своды.
И над страной — твои ветра,
Октябрь семнадцатого года.
Фанфары правду не спасут
И демагоги новой моды.
Для нас с тобой есть Высший суд —
Октябрь семнадцатого года!
На сцене солдаты, шуты и красавицы,
Но как многопланова главная роль!
Король на охоте, король забавляется
И ходит по улицам голый король.
Припев:
Как и прежде, печальна земная юдоль,
Но сильна королевская школа:
«Я не голый король, я — весёлый король!
Вот народ мой действительно голый!»
Кто помнит эпохи далёкие ранние?
Вот прадед мой — тот был действительно гол!
Ах, каждая власть — маскарад с раздеванием,
До ручки я сам королевство довёл.
Припев.
Какие наш век напридумал компьютеры,
Зато вместо сахара — сладкий елей!
От края до края, от хутора к хутору
Вы славите, славите нас, королей!
Я знаю отлично, что сотня глупцов
Не может сломить одного мудреца!
Но видел я лично, как сто мудрецов
Идут, оставляя простор для глупца.
Какое раздолье глупцу-молодцу
Как славно живётся ему, храбрецу,
Когда мудрецы от него убегают,
Забыв, что подобное им не к лицу!
Я знаю отлично, что речь мудреца, —
Одно его слово — в конце-то концов! —
Способно пресечь словоблудье глупца
И сотен трескучих глупцов-близнецов!
Но видел я лично, как сотня глупцов
Способна пресечь мудреца и певца,
На музыку цыкнуть, на песню прикрикнуть
И плюнуть в колодец и в душу скворца.
Я знаю отлично, что жалок глупец, —
Ведь он искалечен страшней, чем скопец!
Ведь он от природы обижен Творцом
Страшнее, чем тот, кто родился слепцом!
Я знаю, что должен глупца пожалеть,
Но свищет его беспощадная плеть.
Жалеть же того, кто сечёт меня плетью, —
Для этого надо совсем ошалеть!
